Пожизненное вложение

У меня не было легкой жизни. Наши родители воспитывали нас строго, в военном отношении. Большой красивый дом, модная одежда и веселье - это то, о чем я мечтала с детства. Я сделал все, чтобы этого добиться. Убирайся из моей деревни и начинай новую жизнь - я просто подумал об этом. Пожизненное вложение

У меня было много мужчин, но мне было очень одиноко. Я больше ни с одним из них не был связан. Мне просто они были нужны для выполнения моего плана.

Люди говорили обо мне, но мне было все равно. Каково это, что такая женщина, как я, не глупа и уже имея годы, чужие узлы надо было протирать? Я живу со своей племянницей Миленой два года. Я не плохой, не скажу. Я готовлю ужин, играю с ребенком, смотрю телевизор и так дни идут. Наступит пенсия, так что я пойду на рынок, куплю зелени, поговорю с кем-нибудь, а потом снова вернусь в свое уединенное место. Потому что ни Милены, ни ее мужа никогда не бывает дома. Я не скажу, что они хорошие дети, и они приготовили для меня красивую комнату, ковер, цветы, и я могу выйти в сад, когда захочу, но что, если они ушли весь день, а мой дом находится далеко отсюда ваши соседи, ваша улица. Я просто не могу вернуться к нему. Там меня не ждет ничего хорошего.

Но я всю жизнь посвятил этому клочку земли...
Моя жизнь с самого начала шла не очень хорошо. Мои родители родились во время войны и воспитали нас, меня и мою старшую сестру Ренатку, строго военными. Не то чтобы дети сейчас прячутся, делая то, что хотят. Мы нашли свое место.
Дома не было переполнено. Пока что помню, когда мне подарили первую тряпичную куклу и детскую коляску - это было сенсацией для всего имения! Мы жили на старой железнодорожной вилле, где мой отец, рабочий свинцового завода, получил квартиру вместе с работой. Какая это была жизнь, я до сих пор помню запах капусты, царивший по всему дому с утра до вечера, и общую ванную комнату с ванной раз в неделю, в субботу. Как я мечтала оттуда выбраться! Я, должно быть, уже тогда знал, что создан для чего-то другого. Когда родители не видели, я оделась в шубу соседки с первого этажа, о которой они много говорили, и вообразила, что это она. Однажды Рената нашла меня вот так:
Что ты делаешь? В конце концов, это обычное дело... здесь моя сестра прикусила язык, и только годы спустя я понял, что она хотела сказать.
- Мне все равно, - высокомерно ответил я. Для меня важно как можно дальше от этого беспорядка, от этой пены. И я буду! - объявил я.
Рената пожала плечами и сказала:
- Мне тебя жаль.
Однако я знал свое.

Возможность исправить свою судьбу представилась быстро. Мне не было и семнадцати, когда я встретил Марцина. Мои подруги тогда занимались любовью с мальчиками из школы на бойню, но у меня было ледяное сердце - чем больше они цеплялись за меня, тем больше я обманывала и обманывала его.
С Марцином все было иначе. Я знал, что его отец был высокопоставленным офицером, и я не стал бы бедствовать с ним. Так что я стала ему наряжаться, рисовать и улыбаться. Не прошло и трех месяцев, а Марцин не видел мира вне меня:
- Елена, давай уйдем отсюда, - призвала. - Ты знаешь, какая моя мама. Ты ей не нравишься, она никогда не пойдет замуж. И мне не хотелось бы с тобой расставаться ни на минуту, я хочу, чтобы ты была моей навсегда.
Уговаривать меня не пришлось долго. Мы жили недалеко от Радома в съемной квартире моей тети Марчин. Это был не рай, но я был в восторге. Я чувствовал, что сделал первый шаг в правильном направлении. У меня была проточная вода и деньги на одежду и косметику. Тогда меня не волновало, что говорят люди. Мы не женаты и живем как муж и жена. Люди также сообщили мне, что мои родители отреклись от меня. Я не заморачивался с этим. У меня была цель - рядом с нашим кварталом строили новую усадьбу из особняков выдающихся коммунистов. Я тоже хотел так жить, даже если бы это дорого мне обошлось.
Я быстро понял, что Марчин не поможет мне осуществить задуманное. Он был слишком мягким, слишком вежливым, слишком много заботился о людях. Он любил меня как никто, но что случилось после этого. Чтобы поддержать нас, он устроился обычным рабочим на ниточную фабрику. Я не так представлял себе жизнь своей мечты. Я хотел быть там, одеваться, знакомиться с интересными людьми. Тем временем Марчин возвращался домой в пять часов, ждал обеда, гладил рубашки, дома улыбалась и послушная женщина. Эта роль мне быстро наскучила, и я начал думать, как расплачиваться за такую ​​преждевременно полученную свободу. Марцин спросил:
- Милый, давай наконец поженимся, теперь мы можем, какая это жизнь без брака. Давай помиримся с семьей. Мы пригласим и тебя, и мою, когда она узнает друг друга, когда она увидит, что мы живем хорошо, простит нас, вот увидишь. А давайте попробуем завести ребенка, я так хочу дочку.
Я не думала признавать это, но я не хотела ребенка. Я не улыбался, чтобы играть в малышку, вместо того, чтобы развлекаться. Напротив, у меня были другие планы.

Осенью пошел на работу. Я убедил Марчина, что мы не справимся с его зарплатой. Будет лучше, когда я тоже начну работать. Поскольку ребенок еще не появился - я конечно не добавляла, что делаю все, чтобы его долго не было - мне нет смысла оставаться дома.
Я устроился работать в архитектурное бюро рядом с домом. Работа была легкой, потому что у меня не было никакой квалификации. Просто отправьте письмо на почту, возьмите трубку, сварите кофе, когда придут гости. Мне понравилась эта работа, в офисе были новые, милые, яркие, молодые и общительные коллеги. Тогда было другое время: люди больше дружили друг с другом, они приглашали друг друга, не так, как сейчас. Так я познакомился с Ареком. Был коллега моего директора. Старший, серьезный, активный партийный активист, чем я. Тогда я так много знала о нем. Из-за того, что он не восставал против системы, он часто выезжал за границу и привозил различные товары. У него была красиво оформленная квартира. Собираясь на собрание архитекторов, он всегда вспоминал о подарке для меня: один раз это был килограмм апельсинов, в другой раз - болгарские духи. Мы еще не были вместе, и весь офис уже сплетничал, что я стала любовницей Арека. Меня это особо не беспокоило. Однажды я сказал Марцину:
- Я кое-кого встретил, уезжаю.
Тогда он сломался. Может быть, на мгновение я подумал, что мне было весело с ним, что он всем пожертвовал ради меня, и я использовал его. Однако я быстро избавился от раскаяния. Я забрал свои скромные пожитки и переехал в квартиру, которую Арек снял для меня. Он был крошечным и скромным, но идеально подходил для меня.

Я, конечно, не любил Арека. Со временем я даже перестал уважать его, когда он возвращался пьяным или называл меня худшим. Однако свои истинные чувства я скрывал за маской доброты и терпения. Пока все ребята на него попались. Почему Арек будет другим? Он не был.
Я начал размышлять о том, как приблизиться к своей мечте о собственном доме и стать по-настоящему богатым человеком, независимым от чужих прихотей. Арек со своими связями в партии казался идеальным для этой цели.
- Милый, я никогда не был за границей, может ты возьмешь меня с собой раз? - Я разговаривал со мной в один романтический вечер. Я мечтаю увидеть кусочек мира со своим тигром.
Удивительно, но Арек долго даже не сопротивлялся. Он помог мне оформить паспорт при его поддержке, это было несложно и другие формальности. Через несколько месяцев мы вместе поехали на архитектурную конференцию в Западный Берлин.
Я надеялся, что Арек не станет за мной присматривать. Он понял, что я не знаю языка, он также думал, что я глупая женщина, на чем он много раз подчеркивал. Сколько он должен был подсчитать - он едва пошел на первую встречу, я опустошил его карманы всеми валютами, которые он оставил в комнате, сел в поезд и поехал в Мюнхен. Понятия не имею, почему выбрал именно этот город. Я знал, что мне нужно уехать из Берлина, потому что Арек сдвинет небо и землю, чтобы найти меня, а двоюродный брат моей матери жил в Мюнхене.
Украденной у Арека валюты оказалось недостаточно, чтобы выжить в течение нескольких дней в городе, который восхищал меня с самого первого момента - хотя я не знал языка, я знал, что мне нужно быстро найти работу. Я ходил из паба в паб, от дома к дому с тарелкой арбейт. Через девять часов, когда я потерял всякую надежду найти что-нибудь, пожилая немка показала мне оранжерею за домом.
Нут? - спросил.
Я кивнул. Работать в теплице было очень тяжело, но у нее были свои преимущества. Семья Ферстен предложила своим сотрудникам квартиру в общем бараке и довольно справедливую зарплату. Каждый день я мог также рассчитывать на тарелку горячего супа. На самом деле все было не так уж и плохо.

Спустя много лет я узнал, что Арек понес очень тяжелое наказание за свое безрассудство. Он был лишен всех привилегий и даже провел некоторое время в тюрьме. Власти не поверили, что он не помог мне сбежать на Запад, более того, он даже не знал о ней. У меня не было угрызений совести - в конце концов, я подумал, что он виноват сам.
Я провел несколько лет в Германии. Все они были наполнены тяжелой работой и тщательно спланированы. Изначально я работал на Ферстенс, потом стал дополнительно убирать людей. Когда я выучил язык, я перешел в офис, где мог заработать в несколько раз больше. Мне даже удалось получить юридические документы - это был пик моей мечты. Еще когда я жил недалеко от Мюнхена, я начал думать о собственном доме в Польше - я увидел аккуратные домики, ухоженные сады, чистые окна, цветы на кухне. Глазами души я видел, как отдаю приказы слугам - здесь много раз оскорбляли, я больше не хотел убираться дома. В своих мечтах я всегда был хозяином положения.

У меня не было семьи, у меня не было детей. Конечно, встречалась с мужчинами - все-таки я была довольно привлекательной женщиной, у меня были разные предложения. Однако жизнь научила меня, что в отношениях возникают проблемы лишь позже при разделе имущества. Не говоря уже о детях, я изо всех сил старался их не рожать. Я была беременна дважды, но мне их удалили. Сожалеет? Если бы мужчина в молодости знал хоть половину того, что в старости...
Сразу после изменений девяностых я решил вернуться в Польшу. Мои родители уже умерли, у меня не было нормального контакта с сестрой. Она пыталась писать, даже дважды звонила, но я старалась избегать интима любой ценой. Мне тогда казалось, что все, кто обращается ко мне с более теплым словом, ждут моих брендов. Каким же я был глупым тогда!
На вырученные деньги я купил участок земли и построил дом в своем родном городе. Дом, по сути, замок, похожий на то, что я видел за границей. На кого я хотел произвести впечатление? Только теперь я понимаю, каким жалким я был. Матери посещали мой дом с детьми.
- Там, в этом старом замке, живет ведьма, - сказали они, - если ты непослушный, она тебя похитит.
Мне не пришлось работать. У меня было много сбережений. Фактически, я проводил все дни, глядя на дом и бродил по своей собственности.
«Если бы те, кто кричал на меня, что я не убрал пыль как следует, увидели бы меня сейчас», - подумал я. Но никто не видел и не восхищался моей недвижимостью.
Со временем марка, а позже и евро начали обесцениваться, и я увидел, как мои сбережения тают с угрожающей скоростью. Если так будет, мне придется работать в старости, - с ужасом подумал я.

Я решил вовремя это предотвратить. Мне показалось, что единственный способ - снять часть дома. Искал жильцов неторопливо - хотел, чтобы они были зажиточные, на уровне, а не курили, без маленьких детей. Через три месяца я нашел людей, которые казались идеальными. Это была семья Камински, брак средних лет с двумя двенадцатилетними близнецами. Платили регулярно и много, потому что арендная плата за такую ​​благоустроенную квартиру была не низкой. Они вроде бы понимали это и не жаловались на размер платы - наоборот, часто подчеркивали, что просто хотели такую ​​квартиру. Теперь я знаю почему.
Через несколько недель после того, как въехали мои арендаторы, мне стало плохо. И это тряслось в голове, и ноги отказывались подчиняться, и это началось с некоторых проблем с желудком. Сначала я игнорировал эти сигналы, сводя их к приближающейся старости, но через несколько месяцев, когда я настолько потерял силы, что не мог даже встать с постели, я решил пойти к врачу.
«Это может быть все», - сказал молодой терапевт из местной клиники и направил меня в больницу.

Я подготовился к этому пребыванию очень тщательно Я написал своим жильцам длинный список вещей, о которых нужно позаботиться во время моего отсутствия. Я хранил все самые ценные вещи в одной комнате, которую я занимал, так как я решил арендовать, действительно, я даже заказал дополнительные замки для нее, и спокойно прошел лечение. Диагноз оказался неожиданным.
Оказалось, что меня дома систематически травили! Сначала это показалось мне абсурдным. Ну, я даже поспорил с лаборантом, который принес результаты. Но потом я понял, как это произошло. Так как в моем доме жили жильцы, я вообще перестал готовить. Я ела еду, которую миссис Марта приготовила для своей семьи. Теперь, насколько я помню, это была ее инициатива - воспользоваться ее добротой:
«Мы все равно тратим много еды», - объяснил мой жилец. - Вы все равно не проголодаетесь, и я не буду ничего бросать в мусорное ведро.
Спор был логичным, неудивительно, что я начал есть за своих жильцов. И у них была легкая возможность меня отравить. Достаточно было просто бросить что-нибудь мне в тарелку. Конечно, сразу после этого открытия я решил выбросить чудовищных жильцов из дома. Однако это оказалось невозможным!
Когда через два месяца я вернулся из больницы в любимый дом, оказалось, что замки поменяли! Миссис Марта ледяным тоном объявила мне, что с тех пор они живут в ней, и я, если она захочет, могу остаться в этой единственной комнате. Конечно, это показалось мне абсурдным, и я сразу вызвал полицию. Здесь же встретилась моя первая работа - хоть и приходили милиционеры, допрашивали Каминских, но на этом все закончилось.
`` Вы можете продолжить дело в суде, но я бы не стал рассчитывать на победу '', - объяснил мне милиционер. - Этих людей следовало не пускать в дом. Вы одинокий человек, у них двое маленьких детей, суд обязательно даст им право жить в вашем доме!
Но это моя собственность! - в отчаянии закричал я.
- Ну да, но большую часть жизни вы прожили за границей, неизвестно откуда деньги на постройку этого дома, да и в этой стране нужно было бы предоставить социальную квартиру, город на это не пойдет...

В то время это казалось кошмаром. Однако вскоре это стало реальностью. Я, конечно, обратился с этим в суд, он дал мне возможность жить в одной маленькой комнате и собирать арендную плату с домовладельцев. Арендная плата в размере, указанном этим судом, очень небольшая, «с учетом статуса безработного и того факта, что у домовладельцев двое малолетних детей». Выяснилось, что Каминские обманули меня, и ни у кого из них не было хорошо оплачиваемой работы - они подрабатывали.
Поначалу я даже пыталась жить в этой комнате, но быстро оказалось, что мне не по силам ад. Госпожа Марта бросила червей в дверной проем, перекрыла мне доступ к электричеству и воде, их дети звали меня по именам. Когда я пыталась кому-нибудь пожаловаться, меня принимали за одинокую стареющую сумасшедшую. В конце концов, я боялся детей в этой деревне, а не Каминских.

После двух лет этого испытания Милена связалась со мной., дочка моей сестры выросла. Я жила с ней и ее мужем в трехкомнатной квартире. Должен признать, у меня хорошая комната, и Миленка заботится о том, чтобы я чувствовал себя нужным, и она подвезет ребенка, и она будет отмечать эту интересную передачу по телевизору. Она прекрасное дитя. К сожалению, только сейчас, в преклонном возрасте, я открыл для себя самое важное в жизни. Дом, на который я годами собирал деньги, наверное, больше никогда его не увижу, с ним очень сложно смириться, а кошмары не дают уснуть слепым взглядом.
Если бы я знал тогда, сорок лет назад, что было самым важным в жизни. Если бы я знал... что еще было бы моим пожизненным вложением. О, определенно что-то еще. Вернее, кто-то другой...

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравился сайт? Поделиться с друзьями:
Препарат «Пирацетам»
Добавить комментарий